Школа Кашкина и споры о переводе

(Демо-материал) 

§ Спор о «школе Кашкина» идёт больше полувека и давно вышел за пределы переводоведения. Прежде чем разбирать позиции, стоит развести вопросы, которые в этом споре обычно оказываются слитыми в один. [с. 63]

Что именно называют школой

§ Под «кашкинцами» понимают круг переводчиков, сложившийся вокруг Ивана Александровича Кашкина в 1930-е годы и определивший облик русского Хемингуэя на десятилетия вперёд. Но само название закрепилось позже, а его содержание менялось.

§ В одних текстах речь идёт о технике: установке на передачу общего впечатления и интонации, а не буквального словесного состава. В других — о литературной группе с общими редакционными позициями. В третьих — о репутационном ярлыке, которым пользовались уже в поздних спорах, зачастую не имея в виду ни первого, ни второго.

Смешение этих трёх значений и делает дискуссию бесконечной: возражение по технике перевода принимают за нападение на литературную репутацию, и наоборот. [с. 71]

Что проверяется текстами

§ Сопоставление переводов с оригиналом — процедура вполне определённая, и по ней есть согласие в главном. Установлено, какие фрагменты сокращались, где менялась синтаксическая структура фразы, где грубость подлинника смягчалась.[2]

Три уровня расхождений

• Синтаксис. Короткая нанизывающая фраза Хемингуэя в русском тексте нередко собирается в период. Это меняет дыхание прозы, но по-русски читается естественнее.
• Лексика. Смягчение прямых выражений — решение, у которого была и цензурная, и вкусовая природа, и разделить их по конкретным местам удаётся не всегда.
• Умолчание. Знаменитый «принцип айсберга» держится на том, чего в тексте нет. Именно этот слой труднее всего поддаётся проверке: отсутствие не сравнить построчно. [с. 89]

Где начинается истолкование

§ Дальше расхождения касаются оценки. Была ли передача «духа вместо буквы» осознанной переводческой программой или приспособлением к требованиям эпохи? Насколько правомерно судить работу 1930-х годов мерками позднейших теорий перевода? И что считать удачей — верность подлиннику или то, что перевод сам стал фактом русской литературы?

§ По каждому из этих вопросов в литературе есть аргументированные позиции, и настоящее издание публикует их рядом, обозначая авторство каждой. Задача — не выбрать между ними, а показать, на каких основаниях каждая держится.[3] [с. 118]